Загадка разрешается, если предположить, что уран и взрыватели были переданы американцам в обмен на отказ от преследования после войны. Есть ли свидетельства в пользу такого предположения? Целый ряд исследователей, включая К.П. Хидрика (его работа основана на документах Национального Архива США), Дж. Фаррелла, Дж. Марса, X. Стивенса и других считают, что есть. Главную роль в истории с передачей урана играла подводная лодка U-234. Она отплыла из Киля в марте 1945 г. На борту находился изобретатель взрывателя для атомной бомбы доктор Хайнц Шлике, два японских офицера — полковник ВВС Гэндзо Сёси и капитан ВМС Хидео Томокага, а также 240 метрических тонн груза, включая два разобранных истребителя МЕ-262, взрыватели и десять позолоченных цилиндров с 560 кг окиси урана (этого хватило бы для восьми таких бомб, типа той, что была сброшена на Хиросиму; у самих американцев едва хватило на одну).
Использование позолоченных цилиндров свидетельствует о том, что речь идёт о высокообогащённом уране-235: золото — эффективная защита от радиации. Члены команды посмеивались над японцами, под руководством которых вносили груз, замаркированный «U-235», полагая, что те перепутали номер подводной лодки (U-234). Но путаницы не было: маркировка U-235 означала уран, который предназначался для японцев и их бомбы. Однако 14 мая 1945 г. U-234 получила из Берлина приказ (реально его в это время мог отдать только Борман) сдаться американцам; узнав о сдаче, японцы покончили самоубийством и были похоронены в море. Когда американцы официально предъявили захваченный груз морскому ведомству, в нём отсутствовали оба истребителя и 70 т. груза.
Уран-235 — далеко не единственный научно-технический «объект» для обмена, который могли предложить нацисты, были и другие, не говоря уже о «ненаучно-технических» (в том числе сведения о том, где спрятаны бесценные предметы искусства).
Размен части активов, техники и компромата на жизнь и послевоенное функционирование верхушки рейха в заранее созданных структурах, разумеется, аморален, но политически мог выглядеть весьма целесообразно в глазах всех участников сделки, особенно если учесть интерес американцев к использованию нацистов против СССР. Не надо забывать и тот факт, что Третий рейх был брутальным экспериментом по созданию нового мирового порядка, в котором была заинтересована западная элита в целом (отработка управления большими массами оболваненного населения, двухконтурная система власти — партия и неоорден СС, жёсткий социальный контроль и т. д.), и одновременно бизнес-проектом этой элиты. Достаточно взглянуть на связи американских и немецких финансистов и промышленников, на «ИГ Фарбениндустри». Если сделка, о которой идёт речь, состоялась — а, похоже, так оно и было — журналисты и учёные всех стран, обслуживающие свои верхушки, должны были «убедительно доказывать», что Гитлер мёртв, выполняя установку тех, кто знал правду и условия её рождения. Если бы люди узнали, что победители Зла пошли с ним на сделку, разрешив тому, кого заклеймили как «преступника № 1 всех времён и народов», жить спокойно и в комфорте, в то время как его ближайшее окружение (а по сути и его заочно) судили в Нюрнберге, то обнажившаяся правда вызвала бы грандиозный скандал и оборвала бы многие карьеры. Ведь сказал же как-то А.А. Громыко, что если бы мир узнал правду о реальности, то он взорвался бы. Поэтому фюрер должен был считаться мёртвым: «Следствие окончено, забудьте». И наука, а также журналистика — продажные или просто недалёкие — работали на эту «забывчивость».
Однако, как ни прячь, следы всегда остаются, их нужно уметь найти. Как говорил герой романа «Вся королевская рать» губернатор Вилли Старк: «Всегда что-то есть. Человек зачат в грехе и рождён в мерзости, путь его — от пелёнки зловонной до смердящего савана. Всегда что-то есть. Нужно только копнуть». Или: «Кто не слеп, тот видит», как говорил уже не литературный, а реальный герой Лаврентий Берия.
Вот как увидели бегство Гитлера С. Данстен и Дж. Уильямс, которые, используя воспоминания участников и некоторые документы, прошли по следам фюрера. Готовили бегство в течение нескольких месяцев Борман и шеф гестапо Мюллер. Корни этого «тандема», не принадлежавшего в когорте «Alter Kampfer» (Борман вступил в НСДАП в 1926 г., а Мюллер уже в 1930-е гг.), уходят в 1930 г., когда Мюллер помогал Борману запутывать следствие по делу Гели Раубаль — племянницы и, по-видимому, любовницы Гитлера, не то покончившей самоубийством, не то убитой самим Гитлером в припадке гнева (причины выдвигаются разные — здесь и ссора, и беременность Гели от Гитлера, и беременность от какого-то еврея-виолончелиста).
В пятницу 27 апреля 1945 г. Борман из нескольких вариантов ухода решил использовать подземный переход (450 м) к тоннелям метро, тоннели, а затем самолёт. Но сначала те, кто готовился бежать, должны были «умереть», точнее, умереть должны были двойники. С двойниками у Гитлера проблем не было — их у него имелось аж 12 (убит скорее всего был Густав Вебер, который стал заменять фюрера после покушения 20 июля 1944 г.), для Евы Браун тоже нашли какую-то молодую актрису из «гарема» Геббельса; нашли даже собаку-двойника для любимицы фюрера овчарки Блонди, с которой он не желал расставаться (немецкая педантичность и немецкая сентиментальность «в одном флаконе»), В полночь 28 апреля беглецы отправились в путь. В полночь 29 апреля был разыгран фарс с «самоубийством Гитлера и Евы».
В систему тоннелей метро группа вошла в районе станции «Кайзерхоф» (ныне — «Моренштрассе»), выйдя из здания станции «Фербеллинер Плац» беглецы сели в три танка «Тигр-П» и два полугусеничных бронетранспортера SdK3 251, которые отвезли их в находящейся в километре взлётной полосе на Гогенцоллерндам. Самолет Ju-52, которым управлял опытный лётчик гауптштурмфюрер СС Петер Эрих Баумгарт, приземлился в Травемюнде, откуда беглецы, пересев на Ju-252, вылетели в Испанию на военный аэродром Морон. «Пересадка Гитлера с немецкого «Юнкерса» Ju-252 на «Юнкере» Ju-52 с бортовыми знаками Ejercito del Aire — испанских ВВС — на испанской базе в Реусе 29 апреля была осуществлена быстро и в обстановке секретности».